Екатерина Рокотова: «Мне хватило ума ничего себе не переделывать и не колоть»

Культура

Екатерина Рокотова, знакомая телезрителям по главной роли в сериале «Последняя статья журналиста» на НТВ, а также по ярким ролям в сериалах «Налет», «Тот, кто читает мысли» и «Мата Хари», о своих новых проектах говорит с осторожностью - боится «спугнуть удачу». Но, как известно, почти все артисты суеверны в той или иной степени. Однако о своей профессии и даже о личном актриса говорит довольно откровенно и, главное, искренне. И старается осмысливать то, что с ней происходит, и делать из этого выводы, и вносить какие-то поправки в свое поведение и свои жизненные установки.

Мастера кино
- Екатерина, у вас получилась яркая роль в сериале «Налет». Чем запомнились съемки?
- Признаюсь честно, я не спала всю ночь, когда узнала, что мне входить в кадр с Владимиром Машковым. Переживала: как я предложу ему разобрать текст или повторить сцену? Для меня это - потрясающий актер и великий человек, так что было очень волнительно. Но опасалась я зря: я была поражена его доброжелательностью. Не было никакого предвзятого отношения - человек был открыт, добродушен, честен и профессионален. Именно это меня и подкупает в больших артистах. И я благодарна им за все свои роли, сыгранные рядом с ними. Даже в эпизодах всегда чувствовала их поддержку. Когда снималась с Сергеем Маковецким (одна из первых моих ролей, я еще училась в институте), то тоже жутко нервничала. Но тогда я особо не понимала, как себя вести в первый съемочный день. Сергей Маковецкий ко мне подошел и сказал: «Чего ты так нервничаешь? Не переживай. Вот здесь надо играть так и так». Большие актеры, которые добились чего-то, никогда не будут никого унижать, пытаться за твой счет утвердиться...

У меня запускается в скором времени прекрасный проект, но рассказывать про него я пока не могу. И дело не в условиях контракта, хотя бывают и такие ограничения. Просто есть негласная актерская история, что, пока ты не вошел в кадр, лучше никому ничего не рассказывать. Мы даже между собой не говорим о каких-то пробах и проектах, пока они не воплощаются в жизнь. Потому что актерская наша судьба такая непредсказуемая, и у меня неоднократно было, что проекты «замораживали». Или, например, подписаны все договоры, и через четыре дня нужно выходить на съемочную площадку, но вдруг на эту роль ставят другую актрису. Так что для меня это правило - рабочее, я стараюсь его придерживаться.

- Получается, что вы суеверны?
- Конечно, очень суеверна! (Смеется.) Даже если рассказываю что-то родителям, у которых нет никакой зависти к моему творческому пути, очень часто бывает потом так, что что-то срывается. Мне когда-то сказали: «Титры пишутся на небесах». Утверждение на роль - это огромное количество совпадений: ты должна совпасть с режиссером, хорошо пройти пробы, вписаться в актерский ансамбль, и так далее...

Между «нет» и «да»
- Что для вас неприемлемо на съемках? Когда отказываетесь и говорите категорическое «нет»?
- Категорическое «нет» говорю, когда мне неинтересен материал или я вижу, что проект будет очень длинным. Когда я понимаю, что это не мое, то не хочу себя заставлять. К счастью, я могу позволить себе выбирать проекты, которые мне интересны, и режиссеров, которые мне нравятся. У меня были съёмки и с другими режиссерами - не буду называть их имен - но на будущие проекты с ними я никогда не соглашусь. И сниматься в проекте, где 1000 серий, я тоже не готова: несколько лет сидеть в павильоне по шесть дней в неделю, отказаться от театра, от личной жизни, отказаться от всего - я так не могу! Я не гонюсь за деньгами - я больше за творчество. К счастью, как женщина я могу себе это позволить: работать ради удовольствия.

- Вы признавались, что хотели сделать пластическую операцию: вас чем-то не устроил ваш нос - но в итоге передумали.
- На самом деле у нас в кино любят интересные лица, не привязанные к общепринятым стандартам красоты. Мне хватило ума ничего себе не переделывать и не колоть. Лицо прекрасно двигается, я принимаю свой возраст - хотя мне доставили немного переживаний первые морщинки вокруг глаз... Но я не скрываю этого - я же живой человек! А что касается моего носа - наверное, лет с 16 и где-то до 20 я во всех своих бедах и несчастьях, неутверждённых ролях, личных каких-то драмах винила именно его! И думала: на сколько его надо отрезать? Но сначала пластику мне не дал сделать страх - потому что думала: у меня идут съемки, и я не знаю, сколько будет длиться реабилитация, как она будет проходить, и так далее… А потом, наверное, победили просто уже здравые рассуждения о том, что этого делать не надо. Я поняла, что профессия актрисы - это не красивые нос, глаза и губы, а в первую очередь талант, профессионализм и харизма. И уж точно не длина носа. Мы знаем огромное количество гениальных актрис, внешность которых не вписывается в стандарты красоты... Так что к 30 годам у меня - полное принятие себя. И если бы меня сейчас спросили о том, что я хотела бы изменить в своей внешности, то я бы сказала, что ничего. Но в принципе я не против пластической хирургии: если вдруг в мире есть девушка, которая точно уверена, что переделает что-то в себе - и это полностью изменит ее жизнь, то почему бы и нет? Это ее право. И осуждать ее за это не надо. Сейчас мне иногда говорят, что я для определенных ролей слишком красивая - и это уже звучит не как комплимент, а, скорее, как профессиональное оскорбление! (Смеется.)

Время для размышлений
- Что-то изменилось в вашем отношении к миру, к жизни после всех карантинных мер, после того, что пережил этот мир?
- Очень многое изменилось. Во-первых, уровень потребления. Например, я в последний раз была на шоппинге 8 марта. Сейчас мне нужно купить новую косметику, а я не могу дойти, потому что нет особого желания. Потребление стало абсолютно осознанным. Во-вторых, мы стали честнее относиться к своей жизни. Мы раньше жили на большой скорости, занимались своими делами и на многие вещи закрывали глаза, а на близких не оставалось ни сил, ни времени. Мы более правильно теперь расставляем приоритеты. Когда мы остались один на один с собой, то многие вещи встали на свои места. Кто-то вдруг понял, что очень хочет родить ребенка или выйти замуж, а кто-то, наоборот, развелся - у всех по-разному... Но это была возможность взглянуть проблеме в глаза и понять, чем ты живешь. Когда сняли все ограничительные меры, то мы поняли, что соскучились не по салонам красоты и магазинам, а друг по другу. Я помню, как в первые недели мы ходили с друзьями на открытые веранды, и это было неимоверным счастьем! Было хорошо только от одного состояния того, что ты можешь с кем-то встретиться. Мы соскучились по работе, потому что были без нее почти три месяца. Даже несмотря на сложные смены по 13 часов, я была счастлива вставать на работу в пять утра. И вот с сентября открываются театры! Это волнительно и прекрасно - наконец-то вживую встретиться со своими зрителями! И еще у меня намечается несколько новых проектов, чему я тоже очень рада!..

Валерия Хващевская, фото Анны Касьяновой и из личного архива Екатерины Рокотовой

Поделиться в соц. сетях:

Случайные новости

2942 рубля в месяц

Эксперты оценили уровень «коммунальных» расходов мордовских семей

Москва не спасла

Пострадавший в ДТП руководитель Управления пенсионного фонда в Саранске скончался в столичной клинике

Отец за сына

Наш земляк ректор Российского экономического университета Виктор Гришин покинул свой пост после уголовного преследования сына

Учеба по-новому

Начало нового учебного года вся наша страна встретила в особых условиях. Столпотворение детей и родителей у школы, нарядные торжественные...

Орден Славы для министра

В Доме Республики прошла первая церемония награждения граждан за участие в борьбе с коронавирусной инфекцией