Кирилл Рубцов: «Мне кажется, что адвокат - это почти актер»

Исполнителя главной роли в сериале «Презумпция невиновности», который с успехом идет на Первом канале, телезрители давно знают по другим телепроектам - «Шеф», «Реализация», «Екатерина». Кирилл Рубцов считает своего персонажа - адвоката Бориса Аврутина - героем скорее отрицательным. Но зрителям предстоит со временем понять, что на самом деле не все так просто… Сам Кирилл Рубцов к актерской профессии шел непрямым путем - сначала получил среднее медицинское образование (фельдшер «скорой»). И хотя в силу этого знает не понаслышке, насколько важно соблюдать все карантинные меры, - жизнь в самоизоляции вспоминает как страшный сон…

«Ему можно доверять»
- Кирилл, насколько я знаю, на роль адвоката Аврутина актера искали очень долго, но когда пришли на пробы вы, то сразу все вопросы отпали - вы идеально попали в эту роль. А чем вас зацепил этот персонаж?
- Во-первых, это неоднозначный персонаж. Он не ангел, который спасает заблудшие души, но и не «черный человек», который совершает ужасные вещи. В нем намешано всё. Он просто человек. Да, он может быть негодяем в жизни, но при этом он тот, кто спасает жизни других. Мне также не важно: нравится этот человек или не нравится по каким-то личностным качествам. Но если я знаю, что он совершает какие-то благородные дела, то он прекрасный человек! Борис Аврутин - скорее антигерой, отрицательный персонаж, но в итоге люди поймут, что он честнее и лучше всех тех, кто на первый взгляд кажется добрым, хорошим и правильным человеком.  

- Пришлось какие-то «фишки» адвокатские подсматривать? Или ходить, например, на заседание суда, чтобы самому увидеть, как ведут себя адвокаты?
- Я смотрел фильмы про адвокатов, их много. Но мне кажется, что адвокат - это почти актер, который устраивает в зале целое представление, разыгрывает шоу и делает это очень убедительно. А так как это сродни актерству, то мне это близко.

- Что было самым сложным в съемках лично для вас?
- Эта роль для меня, конечно же, ключевая. Она сложная, эмоционально изматывающая. Потому что в начале фильма мой герой - такой холеный, ухоженный, богатый человек. А к финалу зрители увидят, что он даже внешне абсолютно меняется. Гримерам ничего уже не пришлось делать к завершению съемок, потому что я действительно был измотан настолько, что и синяки, и мешки под глазами - это все было! (Смеется.) Съемки длились по 16 часов каждый день в течение шести месяцев. А так как это главная роль, то мне приходилось быть все время в кадре. Соответственно, я просто измотался и морально, и физически. Это только кажется, что хорошо быть актером: приехал на площадку - и всё. Нет, это сложная профессия! И если ты по-настоящему ей отдаешься, подключаешь психофизику к этому, то на все это ты тратишь себя и свой организм!

- Продолжение сериала возможно?
- Да, там можно зацепиться и придумать дальнейшее развитие. Но все зависит от зрителей и рейтингов. Мне лично хотелось бы, чтобы был второй сезон, хотя я не всегда люблю долгоиграющие сериалы - потому что ты, как правило, перегораешь, и хочется идти дальше и делать что-то новое. Но эта роль мне близка, она мне интересна...

«Не мой темпоритм!»
- При такой большой загруженности время на отдых остается?
- Я очень люблю такой темпоритм: мне нравится, когда у меня мало времени на отдых. Он нужен, безусловно - например, раз в полгода неделю выхватить. Но мне нравится, когда все так бурно. Сегодня ты в Москве, завтра - в Санкт-Петербурге, съемки, потом спектакль... Это моя жизнь, я так привык и не хочу по-другому.

- Наверное, сложно было сидеть дома в карантин, когда актеры остались без работы?
- Это страшное время: я сначала впал в агрессию, потом в депрессию. Артисты пострадали больше всех, и дай Бог, чтобы театры скорее открылись. У нас на 14 сентября запланирован сбор труппы в Театре им. Вахтангова, а 16 сентября я играю спектакль. Я очень этого жду. Это как гвозди, которые, лежа в мешке, ржавеют, - вот так же и артисты. Нам нельзя быть без тренинга, надо все время что-то делать.

- Но есть же еще и спектакли-онлайн!  
- Спектакль должен быть сыгран живьем. Он должен быть здесь и сейчас. Я за весь карантин не посмотрел ни одного онлайн-спектакля, потому что для меня пропадает вся магия театра. Но в кино все иначе. Это два разных жанра и искусства.

- Чем же занимались во время самоизоляции?
- Сначала читал, смотрел кино. Потом понял, что мне все это дико надоело и невозможно больше так. Это просто не мой темпоритм! Мне очень тяжело усидеть на одном месте и заниматься чем-то одним - мне нужно движение. Так что я с трудом пересидел этот карантин. Единственное - я с огромным удовольствием принял участие в разработке одного бренда одежды. Он только развивается. Я думаю, что для этого мне и был дан этот карантин, чтобы начать что-то новое в своей жизни, не касающееся театра и кино. И я хочу это развивать.

«Лучше этого не знать»
- Когда я готовилась к интервью, то смотрела вашу биографию и увидела, что вы хотели стать врачом. Это был зов души - или, скорее, продолжение династии, ведь ваша мама врач?
- Я не сразу поступил в институт - не взяли меня после школы в театральный. И чтобы не терять время, действительно пошел по стопам мамы. Она сказала: «Когда поступишь в театральный, то перейдешь». Но я решил доучиться в медицинском училище. По образованию я - фельдшер «скорой помощи». Потом я поступил на первый курс в мединститут, но недоучился и пошел работать… В общем, разное было в жизни... Конечно, я изначально хотел быть артистом, и через несколько лет я все же поступил.

- И сразу в два театральных вуза!
- Да: в ГИТИС к Сергею Проханову и в «Щуку» к Владимиру Иванову. Остался в последней.

- Что в медицине вам нравилось?
- Мне была интересна анатомия человека, нервы, кости... Мне было легко учиться: я легко запоминал тексты, никогда не зубрил - в ночь перед экзаменом садился, все читал, вспоминал, потом шел и сдавал. Я, кстати, с красным дипломом окончил медицинское училище.

- Полученные знания помогают в жизни?
- Скорее, мешают.

- Чем?
- Я стал более мнительным, так как знаю, какие симптомы какую болезнь могут обозначать, - и сразу нахожу это у себя. Лучше этого не знать и просто жить...

Театр и замочная скважина
- В вашей фильмографии - абсолютно разные роли. Каких персонажей вам интереснее играть?
- Один из моих педагогов в театральном училище, Юрий Михайлович Авшаров, говорил: «Всегда, когда приступаешь к новой роли, посмотри, не похожа ли она на предыдущую». Я понимаю, что для актера важно быть разным. Знаю артистов, которые тиражируют себя: они просто в разных фильмах говорят разный текст, и всё. А мне интересно, чтобы персонажи отличались по многим параметрам, чтобы я сам видел эту разницу. Есть режиссеры, с которыми ты понимаешь, что это будет круто и интересно, настоящее большое путешествие. И неважно: сейчас это происходит, в наше время или в прошлом. Главное, чтобы прежде всего сложились отношения с режиссером.

- Как вы считаете: личная жизнь должна быть скрыта от посторонних глаз, даже если у вас публичная профессия?
- Я, может быть, так воспитан, но мне абсолютно не интересно, кто с кем спит, кто с кем живет. У меня много друзей, приятелей в актерской профессии, но я не знаю, кто чей муж или жена, и мне это абсолютно неважно. Мне важно то, что могут эти люди. Мне важно то, что я вижу на сцене, на экране телевизора. Мне это интересно. Мне кажется, что надо жить свою жизнь, а не чужую. Лучше подглядывать в замочную скважину на спектакле. Приходите - и будет полное ощущение, что вы подглядываете за чьей-то жизнью!

Валерия Хващевская, фото пресс-службы Первого канала