Кислотно-щелочной процесс

Новости

Руководство фармацевтического предприятия намерено отсудить 350 тысяч рублей у бывшей сотрудницы за пропажу 24 тонн натрия

История с таинственным исчезновением партии гидроксида натрия с крупнейшего фармацевтического предприятия республики ОАО «Биохимик» уже успела наделать много шума в мордовской столице. На этой неделе стали известны скандальные подробности инцидента, произошедшего в феврале этого года. Руководство завода обратилось с исковым заявлением в суд против бывшей заведующей складом Татьяны Лияскиной. По мнению заводских боссов, именно она виновна в пропаже 24 тонн едкого вещества. Сама же ответчица заявляет, что стала просто пешкой в финансовых интригах менеджмента предприятия. В непростой истории попытался разобраться корреспондент «ВС».

«Откуда излишки?»

В редакцию «ВС» бывшая заведующая складом № 8 цеха № 11 ОАО «Биохимик», а ныне обыкновенная саранская безработная Татьяна Лияскина пришла прямо от адвоката, с которым обсуждала невеселые детали предстоящего ей судебного разбирательства. История, мягко говоря, щекотливая. И дело даже не в том, что сумма, заявленная в качестве материальных потерь руководством предприятия, не соответствует доходам женщины. Просто в череде событий, последовавших за обнаружением недостачи едкого натрия на складе предприятия, сам факт обращения в суд со стороны руководства завода выглядит шагом очень даже нелогичным. Если не сказать больше. Сама же Татьяна Лияскина просто возмущена поведением своего недавнего начальства. Начало этой истории она помнит так, как будто это произошло только вчера. - Рано утром 17 февраля к складу подъехала машина, доставившая цистерну с гидроксидом натрия, - рассказывает Татьяна Лияскина. - Я еще не успела получить от водителя никаких документов на груз, когда к складу подбежали сотрудники заводской службы безопасности. Они попросили у меня документы на груз. Я ответила, что еще не видела их и поинтересовалась, в чем дело. Мне ответили: «Сейчас узнаешь! У тебя недостача 60 тонн!». Практически сразу на складе появились сотрудники правоохранительных органов. Мне сказали, что сотрудник службы снабжения завода, который обычно ведет переговоры с поставщиками натрия, задержан. После этого были произведены замеры в емкостях со щелочью, которые находились на складе. Мне сказали, что натрия в цистернах больше, чем должно быть, и спросили, откуда у меня излишки? В тот же день по распоряжению руководства предприятия меня отстранили от работы и отобрали ключи от склада. Ту цистерну с натрием, которую в то утро доставила машина, комиссия оприходовала уже без моего участия. Но с работы меня в тот день очень долго не хотели отпускать. Уже вечером меня завели в кабинет руководителя службы собственной безопасности завода, который хотел лично отвезти меня в отдел полиции. Я сказала, что никуда с ним не поеду, но он начал кричать. Я очень испугалась и позвонила своему сыну. Он подъехал к заводу и забрал меня домой прямо из кабинета руководителя службы безопасности. В полиции Татьяна Лияскина все же побывала. Правда, на следующий день и в сопровождении адвоката. - В полиции мне сказали, что моей вины в случившемся нет, - продолжает Татьяна Лияскина. - Сказали, что это менеджер якобы крал натрий. С меня взяли объяснение о том, как принимается доставляемый на предприятие груз, и отпустили домой. После этих событий Татьяна Лияскина две недели провела на больничном, слишком тяжело переживала обвинения в хищении натрия. - Для себя я уже тогда решила, что работать на этом заводе больше не буду, - говорит женщина. - Как только здоровье более-менее пришло в норму, я написала заявление об увольнении по собственному желанию. По словам женщины, эта стандартная, в общем-то, процедура заняла очень много времени. - К моему удивлению, меня стали уговаривать продолжить работу, - говорит Татьяна Лияскина. - Но я им прямо сказала, что после этих обвинений в хищении натрия продолжать трудовую деятельность на этом предприятии у меня нет никакого желания. Даже тот факт, что до пенсии ей оставалось доработать всего два года, не остановил женщину, она предпочла пополнить ряды безработных, чем остаться в прежней должности. - При увольнении я, как и полагается в таких случаях, сдала склад, никакой недостачи комиссией выявлено не было, о чем был составлен соответствующий акт, - говорит Татьяна Лияскина. - Мне подписали все необходимые документы и дали расчет. Для себя женщина еще тогда поставила в этой истории жирную точку. Но, как оказалось, зря.

«В результате халатности…»

Неожиданное продолжение эта история получила спустя два месяца после увольнения Татьяны Лияскиной. В один не самый прекрасный майский день она получила судебное письмо, из которого узнала, что «родной завод» подал на нее в суд и требует возместить причиненный материальный ущерб за пропажу 24 тонн гидроксида натрия. В исковом заявлении (фотокопия находится в распоряжении «ВС») написано, что «…выявленная недостача натрия едкого технического образовалась в результате халатности со стороны заведующего складом и невыполнения ею должностных обязанностей». Материальный ущерб предприятие оценило в 355 тысяч рублей. Вот так-то! Сказать, что Татьяна Лияскина удивилась, узнав о предъявленном ей иске, значит, не сказать ничего. И дело даже не в сумме, которую предприятие намерено с нее взыскать. Хотя, по словам женщины, она за восемь лет работы на ОАО «Биохимик» столько просто не заработала. Зарплата женщины была лишь немногим выше минимально допустимых значений. Просто действия руководства завода очень трудно объяснить. Ведь при увольнении Татьяна Лияскина сдавала склад, и никакой недостачи комиссия не выявила, что подтверждено документально. О какой же тогда пропаже натрия и какой халатности идет речь?! Тут следует отметить, что гидроксид натрия - вещество непростое. Он относится к веществам второго класса опасности. Для сравнения, к этому же классу относятся мышьяк, цианиды и серная кислота. При попадании на кожу человека одной капли достаточно, чтобы получить серьезный ожог. Со склада в цех это вещество перегоняется по специальным трубам. К тому же непонятно, как могла обычная женщина похитить 24 тонны (!) натрия?! Да чтобы осуществить эту операцию она должна была ежедневно в течение всех восьми лет своей работы на предприятии приходить на работу с канистрой или флягой (а то и с двумя) и выносить щелочь через заводскую проходную. Но даже если предположить, что Татьяна Лияскина так и делала, то возникает другой вопрос: «Зачем ей столько натрия?». С картошкой ведь его не съешь! - Не совсем понятны и ссылки руководства предприятия на халатность Татьяны Лияскиной, в результате которой якобы пропало такое количество гидроксида натрия, - говорит адвокат женщины Сергей Наумов. - В этом деле противоправность действий заведующей складом не подтверждается абсолютно ничем. Как не подтверждается и вина работника в причинении ущерба. А значит, не может быть определен и размер материального ущерба. Ведь истцом не приведено никаких доказательств тому, что у ответчика имелись все условия для контроля над токсичным веществом.

Куда делся натрий?

На сегодняшний день это, пожалуй, главный вопрос. После истории с обнаружением пропажи с предприятия помимо Татьяны Лияскиной уволилась по собственному желанию и сотрудница пропускной службы завода. - Говорили, что ее обвинили в том, что она, якобы не имея на то оснований, пропустила в то утро на территорию завода машину, доставившую цистерну с гидроксидом натрия, - говорит Татьяна Лияскина. - Кроме того, заявление по собственному желанию написал и менеджер отдела снабжения завода. Однако все это не объясняет подачу иска против бывшей заведующей складом. Особенно если учесть одно обстоятельство. По словам Татьяны Лияскиной, замер уровня натрия в поступающих на завод цистернах на протяжении многих лет производился, мягко говоря, формально. Технология простая: во вновь прибывшую цистерну опускали обрезок трубы и таким образом измеряли уровень жидкости. - Другой технологии замера просто не существовало, - говорит Татьяна Лияскина. - Если в накладной написано, что в цистерне находится тридцать тонн натрия, то мы и писали в документах, что там находится именно тридцать тонн. А сколько его было на самом деле, не знал никто. Надо ли говорить, что при таком раскладе энное количество натрия могло просто недоливаться в цистерну на заводе изготовителе. Или вот другая версия: опять же энное количество щелочи могло быть слито кем-то в пути. - Раньше натрий на завод доставляли только по железной дороге, - говорит Татьяна Лияскина. - Там слить что-то было практически невозможно. - Но потом щелочь начали возить на машинах. И в теории кто-то, кому это было нужно, мог отлить немного по дороге. Безусловно, это всего лишь версия, имеющая право на жизнь, не больше. Более точный ответ, наверное, смогут дать в компетентных органах. Как стало известно «ВС», в настоящее время проверку по факту пропажи партии гидроксида натрия проводит республиканское управление ФСБ. На заводе же на эту тему с журналистами предпочитают не говорить. В юридическом отделе предприятия корреспонденту «ВС» в ответ на просьбу прокомментировать подачу иска против бывшей сотрудницы произнесли короткую фразу: «Без комментариев!». Сама же Татьяна Лияскина считает, что ее, говоря простым языком, подставили. - Может быть, там руководители или снабженцы сами воровали, а меня просто решили сделать крайней, - говорит женщина. Это, конечно, тоже всего лишь версия, но и она имеет право на жизнь.

Поделиться в соц. сетях:

Случайные новости

1
Заказать рекламу
1
1
1