«Им нельзя верить!»

Совладелец развлекательного комплекса «Победа» Андрей Акишев рассказал «ВС» о том, как проходили следствие и судебный процесс по его нашумевшему делу

6 июля в Ленинском районном суде Саранска завершился двухгодичный судебный марафон по делу об избиении в мае 2013 года сотрудницы ФМС Екатерины Гальчуткиной. Виновным в применении насилия в отношении представителя власти был признан совладелец КРЦ «Победа» Андрей Акишев. Приговором суда ему назначено наказание в виде полутора лет лишения свободы в колонии-поселении. Однако и сам судебный процесс, и в особенности приговор оставили куда больше вопросов, чем ответов. В интервью «ВС» Андрей Акишев подробно рассказал свою историю, изложил свою позицию по этому делу и рассказал о неожиданных деталях, которые стали известны во время судебного процесса.

- Все началось 17 мая 2013 года, когда заместитель начальника отдела УФМС по Республике Мордовия Ледяйкин по указанию руководства решил провести проверку в клубе «Хоровод», который расположен в КРЦ «Победа». Они хотели проверить, не будет ли работать в клубе гражданка Великобритании. В ту ночь я был с супругой в ночном клубе. Около трех часов ночи мы собрались домой, решили поехать на такси. С нами были знакомые, большая компания. Вы не поверите, но в этот же день у Ледяйкина был день рождения. А сотрудники ФМС до поздней ночи ждали иностранку на улице. И, вероятно, как-то скрашивали ожидание. Есть в деле и видеозаписи, и записи с телефонов, на которых запечатлены и красные лица, и неразборчивая речь, и нежелание показывать удостоверение. В социальных сетях имеется один из сюжетов той ночи - ролик за несколько дней собрал несколько тысяч просмотров и показал, кто в каком состоянии находился.

Короче, все закончилось тем, что никакой иностранки сотрудники ФМС не задержали. Я уже сел в такси, когда к машине подлетела девушка и начала стучать по капоту руками. Откуда мне было знать, что высокая женщина в модной куртке, юбке и на высоких каблуках - это не случайная посетительница заведения, а инспектор ФМС Гальчуткина, которая пришла в ночной клуб «Хоровод» исполнять служебные обязанности. Как сказала потом прокурор, она так оделась специально, чтобы проверять документы на работу у иностранки. Но ни мне, ни находившимся рядом людям не было понятно, что эта барышня - сотрудник ФМС при исполнении. Мы решили с семьей Проказовых уехать на другой машине. Я вышел из автомобиля, и тогда девушка, бранясь, железной хваткой вцепилась мне в руку. Мне стало больно, и я отдернул руку. Девушка на каблуках начала пятиться назад, а потом просто села на проезжую часть. Позже повреждение у меня на руке зафиксировал судебно-медицинский эксперт и подтвердил своим решением, что оно было мне причинено именно 18 мая 2013 года. Тут к нам подбежал находившийся вместе с девушкой здоровый мужик ростом под метр девяносто (как потом выяснится, это был  муж Гальчуткиной) и сразу без разбора ударил в висок Игоря Проказова, который первым попался ему под руку. Врачи потом сказали Игорю, что ему повезло, мог быть летальный исход. Залитый кровью Проказов попал в больницу, где врачи боролись за его жизнь и здоровье. Тут из КРЦ «Победа» прибежали люди, и ситуация стала успокаиваться. Поэтому, когда мне сообщили, что по заявлению сотрудницы ФМС Гальчуткиной против меня возбудили уголовное дело, это было просто шоком! Как бывший следователь прокуратуры я знаю, что по таким делам должна быть произведена всесторонняя проверка обстоятельств происшествия. Но уголовное дело возбудили в первый же рабочий день, не стали опрашивать ни меня, ни знакомых, которые стояли рядом, ни работников из развлекательного центра, которые тоже были очевидцами.

Во время суда потерпевшая Гальчуткина заявила о своих неприязненных отношениях ко мне. Мы так потом и сказали в суде, считаем, что она меня оговорила, в том числе чтобы помочь мужу избежать ответственности за нанесенные телесные повреждения. Если бы сотрудники ФМС сделали все по закону - показали бы распоряжение на проверку, предъявили свои служебные удостоверения, никаких эксцессов бы не случилось. Но нет, такого не было! Кстати, по поводу удостоверения. Меня ведь как раз обвинили по 318-й статье УК РФ в том, будто я знал, что Гальчуткина исполняет служебные обязанности, и якобы ее ударил. Гальчуткина много раз давала показания о том, что удостоверение она мне показывала. Только вот на следствии в деле не оказалось служебного удостоверения потерпевшей. И в суде Гальчуткина вела себя странно - не показывала свое удостоверение, не приносила, забывала его постоянно. Все стало понятно, когда судья получил ответ из УФМС Нижнего Новгорода о том, что служебное удостоверение по линии ФМС находилось в момент происшествия у них! То есть оно не могло быть у Гальчуткиной при себе в день проверки! Она просто не могла его никому показать! Может быть, его выдали по линии МВД? По установленному порядку удостоверения выдаются сотрудникам под роспись в специальном журнале. Судья затребовал из УФМС такой журнал, он ведется там с 2006 года, и мы все изучали его в суде. Так вот там вообще нет записи о выдаче Гальчуткиной удостоверения по линии МВД. Я хорошо помню слова, сказанные судьей во время заседания - прокурор не представил суду доказательств наличия у Гальчуткиной удостоверения. И даже этот факт прямо указывает на необоснованность обвинения, подумал я тогда. Но в суде просто закрыли глаза на это ключевое обстоятельство.

Опять же во время этого ночного инцидента на улице к нам подошел участковый, люди долго не расходились, выясняли отношения, участковый стоял рядом с нами, слышал все разговоры. Вот как вы думаете - если бы участковый увидел сам или ему на месте сообщили, что я ударил сотрудницу ФМС, женщину, неужели он меня бы не задержал? А участковый прямо сказал в суде, что никаких оснований для моего задержания не было.

И вы думаете - меня одного обвинили? Нет, сотрудники ФМС написали заявления и на наших ребят, якобы к сотрудникам они применили насилие. Хотя на самом деле приходилось успокаивать наших оппонентов - у меня даже порвали цепочку на шее. Мы из-за этой истории проводили служебную проверку - у нас ведь по всему периметру КРЦ «Победа» расставлены камеры видеонаблюдения. А видеокамера - это такая вещь, которую очень трудно обмануть, она не врет и все фиксирует. И записи этих камер, которые запросил суд, уличают противную сторону в ложных показаниях.

- И тогда вы начали подозревать, что уголовное дело против вас попросту фабрикуют?
- Я много раз слышал о необоснованных обвинениях, предвзятости и необъективности некоторых судебных решений. Но я не мог представить, что придется с этим столкнуться самому. За два года следствия и судебного разбирательства у меня накопился большой архив документов. К моему делу с самого начала было приковано внимание СМИ, но все публикации почему-то были однобокими. А если журналисты и готовили репортажи с судебных заседаний, то вместо рассказа, как в их присутствии свидетель обвинения давал ложные показания, писали о том, что судят представителя золотой молодежи, сына бывшего заместителя председателя правительства Мордовии. Никого правда даже не интересовала. Я и мой адвокат во время судебного процесса говорили судье - там, в материалах дела и на видеозаписях, все есть. Из документальных свидетельств следует, что я не совершал преступления, и надо просто дать объективную оценку доказательствам, как того требует закон. Но невыгодные для обвинения материалы почему-то не учитывались.

- Но с чего это вообще все закрутилось? Певицу Сэнди - Сандру Чамберс - вы в клуб приглашали?
- В материалах дела, в интернете есть много документов, из которых следует, что иностранную певицу пригласило в Россию московское агентство, что документы ей на визу оформили в Питере, что в Саранске она была проездом, что в клуб ее пригласил один из гостей заведения на свой день рождения. Но когда в УФМС проводили проверку, то их не интересовало ничего, что могло поставить под сомнение утверждения о том, что ООО «Катакана» якобы незаконно допустило к работе иностранку. Замначальника отдела УФМС Ледяйкин назначил ООО «Катакана» штраф в 750 000 рублей! Постановление УФМС было обжаловано, и арбитражные суды отменили штраф - подтвердили, что никакого нарушения не было. Есть вступившие в силу судебные акты, там написано, что расследование сотрудники УФМС по всей должной форме не проводили, документы они оформляли с нарушением закона, и поэтому суд признал доказательства недопустимыми. Должны ли были на моем суде учесть эти обстоятельства? - Должны! Но не учли. По моему мнению, одной из причин уголовного преследования уже меня лично могло быть как раз нежелание согласиться с назначенным ФМС штрафом почти в миллион рублей. Ведь в основу  приговора в отношении меня судья положил именно показания сотрудников ФМС, составленные которыми документы по штрафу арбитражные суды  признали незаконными.

За год до этого инцидента у меня был разговор с одним, скажем так, не совсем гражданским человеком, который рассказал мне, что на меня ищут компромат, чтобы потом отнять бизнес. Поверить в это меня заставило не только это уголовное дело, но и посыпавшиеся на организации многочисленные проверки, по которым были наложены многомиллионные штрафы. Мы их отменили в суде, но это были долгие хождения по судам и масса потраченного времени. Но тут последовало уголовное преследование в отношении меня - это пример того, как люди добиваются своего. И как результат - приговор, по которому мне назначается 1,5 года лишения свободы в колонии-поселении.

- Непростой жизненный урок…
- Лично для меня события последних 2 лет стали доказательством старой истины - что можно одним, не позволяется другим. Ведь в законе и в регламенте ФМС написано - когда приходят сотрудники ФМС на проверку, они должны предъявить распоряжение и служебные удостоверения. После той проверки 17 мая 2013 года одного из работников, который стоял на входе в клуб, наказали штрафом за то, что он не пропустил участкового. И в заседании Ленинского районного суда Саранска сотрудники ФМС рассказывали, как они показывали распоряжение на проверку. Вы не поверите, но уже по моему делу в том же суде те же самые сотрудники ФМС говорили совсем другое - что распоряжение они никому не показывали. И ничего, никого не привлекают к ответственности за такое разночтение в своих же показаниях.

Или вот сотрудники ФМС на протяжении всего следствия, а потом и в суде говорили, что стояли рядом и видели, как я якобы ударил Гальчуткину. А когда мы принесли по запросу суда записи с камер видеонаблюдения, то из них и судье стало понятно, что ничего видеть эти сотрудники не могли, потому что их просто не было на месте происшествия. Но это все не ложные показания и оговор, а несущественные противоречия, как написано в приговоре. Но для меня тут все понятно - показания этих людей в суде являются ложными! По моему делу были допрошены свидетели защиты - очевидцы или бывшие на месте происшествия люди из числа моих знакомых, коллег, просто посторонние люди. Их показания не различались и были последовательными. Эти доказательства указывали на мою невиновность. Но суд отклонил их, посчитал необъективными и вызывающими сомнения в своей достоверности. При этом показания сотрудников УФМС все достоверны, даже если они являются заинтересованными лицами и не могут давать показания, скажем, противоречащие показаниям их начальника. А мужья сотрудниц ФМС, один из которых избил на месте происшествия человека? Какие же они свидетели, какие они не заинтересованные в исходе дела лица?

- Но ведь сотрудница ФМС в этом столкновении получила телесные повреждения, тем более она была на ранних сроках беременности…
- Когда Гальчуткина  поступила 20 мая 2013 года в стационар 4-й больницы, ее осматривали несколько врачей. Никто из них никаких телесных повреждений у нее не обнаружил. Врачи так и сказали в суде - если бы что-то было, мы бы отразили все в документах. Но в тот же день в отношении Гальчуткиной провела экспертизу эксперт Теплухова и указала на наличие незначительных телесных повреждений. Правда, с учетом срока, указанного в экспертизе, у Гальчуткиной телесные повреждения могли появиться в любой день с 16 по 19 мая. И причем здесь я?! Но записи в медицинских документах и показания трех разных врачей, которые давно работают, которые в первый раз в жизни видели Гальчуткину, и нет никаких сомнений в их объективности и компетентности - все это суд поставил под сомнение только потому, что это не соответствует выводам эксперта.

- В общем, вы считаете, что обвинения с вас должны были быстро снять?
- Да, мы с адвокатом рассчитывали на объективность суда, который не сможет оставить без внимания факты подтасовки и дачи ложных показаний. Но суд вынес приговор, как будто таких фактов не было и вовсе. За основу решения были приняты показания потерпевшей Гальчуткиной. Ведь когда суд запросил видеозаписи, я думал, что, увидев на видео то, как все было на самом деле - кто где находился и что делал, суд во всем разберется. Когда сотрудники ФМС давали показания, они не знали, что записи обстановки внутри и снаружи здания сохранились и наговорили разное. Мы показали суду видеозаписи, иногда по нескольку раз, я для удобства даже смонтировал ролики с анализом содержания разных записей. Но я ошибся в своих ожиданиях справедливости - в приговоре суд должным образом не оценил ни одно доказательство, которое было предоставлено стороной защиты.

Думаю, что мои недоброжелатели очень хотели меня наказать. Во время суда даже выяснилось, что в блоге одного электронного СМИ появился читатель, который, используя мое имя, распространяет ложные и порочащие сведения. Я уже обратился с заявлением в МВД, и злоумышленника сейчас ищут. У меня же есть основания полагать, что это человек - участвовавший  в уголовном деле.

 - А история с избиением вашего приятеля так ничем и не закончилась?
- Да, это грустная история. Если мое уголовное дело возбудили буквально через два дня, то по заявлению Проказова, которого избили у нас на глазах, пять месяцев не возбуждалось уголовное дело, хотя все было очевидно. Дело возбудили только после многочисленных жалоб, в том числе в Москву министру внутренних дел Колокольцеву. Но Гальчуткин избежал наказания, уголовное дело прекратили. А на жалобу потерпевшего прокурор ответил, что Гальчуткин согласился на прекращение дела по амнистии.

-  Очевидно, вы и дальше будете добиваться оправдательного решения.  Когда у вас апелляция?
- Дата еще не назначена, дело даже не направили в Верховный суд.

- А если вам откажут в пересмотре приговора? Что? Поедете сидеть?
- Я понимаю, что, если приговор вступит в силу, его надо исполнять. Но я буду использовать все возможности для обжалования приговора и доказывать свою невиновность. Вы же видите, как дело сшито.

Виктор КРАСНОВ