«Виновен только в мошенничестве»

По громкому коррупционному делу бывших руководителей ГИБДД по РМ в суде начался допрос обвиняемых

5 мая в Пролетарском суде Саранска по громкому коррупционному делу руководства республиканской  госавтоинспекции начался допрос обвиняемых. Первым предоставили слово бывшему комбату ДПС ГИБДД по РМ Владимиру Астунину.

- Астунин, прежде чем вы будете давать показания, скажите, вы признаете свою вину? - спрашивает судья.
- По эпизоду с Лосевым не признаю, а по эпизоду с Мусатовым и Мотякиным частично, считаю себя виновным только в мошенничестве.
- Расскажите, как обстояло дело по эпизоду с Мусатовым и Мотякиным? - задает вопрос адвокат.
- В конце сентября 2013 года мне позвонил Мусатов и предложил встретиться, сказал, что у него ко мне нетелефонный разговор. Мы встретились у здания республиканского Управления ГИБДД. Наша беседа состоялась в салоне служебной машины «Форд». Мусатов сказал, что у него и Мотякина возникли проблемы из-за выявленных московскими проверяющими нарушений. Мусатов просил меня выйти на Шелудякова и замолвить словечко, чтобы их не наказывали. Сказал, что сам Шелудяков их не принимает. «Помоги, все затраты с нас!» - попросил Мусатов. Я обещал помочь, правда, на тот момент понимал, что по нарушениям уже назначена проверка и решить вопрос мне не удастся.
В октябре Мусатов позвонил мне снова и спросил, поговорил ли я с Шелудяковым. Я заверил его, что говорил и никого наказывать не будут. Сказал, с вас двоих 500 тысяч рублей. Да, я обманул Мусатова и Мотякина. С Шелудяковым не разговаривал, просто решил забрать все деньги себе. 19 октября Мотякин отдал всю сумму сразу, а Мусатов - сначала 50 тысяч и еще 200 через полтора часа, ему их привез знакомый. В тот момент Шелудяков вместе с Шеиным выехал из управления. Я забрал деньги и уехал домой. Про деньги я Шелудякову ничего не говорил, и тем более не передавал.
- Вы когда-нибудь за вашу службу передавали деньги Шелудякову?
- Нет, такого не было.
- Так почему же Мусатов и Мотякин обратились именно к вам как к «решальщику»?
- Не могу сказать.
- Какие отношения у вас складывались с Шелудяковым? - интересуется прокурор.
- У нас были только служебные отношения. Он относился ко мне по-всякому. Так, с 2008 по 2013 год он много раз наказывал меня по службе. Никаких привилегий в общении с Шелудяковым у меня не было.
- А какие отношения у вас складывались с Исякаевым?
- У меня к нему негативное отношение. Я бы не хотел при его родителях давать ему характеристику. Как-то раз я даже его ударил, мы подрались. Я выгонял его из батальона, говорил, чтобы больше его не видел.
- Получается, вы Мусатова и Мотякина вдвойне обманули, взяли с них деньги, а их потом еще и наказали?
- Выходит, что так. Обманул, мне нужны были деньги. На них я сделал капитальный ремонт в деревне. У меня дом в Старых Барках Ковылкинского района. Потом я хотел вернуть Мусатову и Мотякину деньги.
- А чеки у вас остались от покупки стройматериалов?
- Нет, я чеки не храню.
- Т.е. дом был отремонтирован на деньги, полученные преступным путем?
- Ну почему преступным? Я еще в долг брал.
- Расскажите об эпизоде с заместителем командира ДПС Лосевым о передаче продуктов на 120 тысяч рублей.
- В конце февраля 2013 года Шелудяков вызвал меня к себе и сказал, найди сотрудника, который сможет мне купить коньяк «Hennessy ХО». В саранских магазинах тогда его не было, просил найти, может быть, где-то есть на складах. Я передал просьбу Шелудякова Лосеву. Он сказал, что у него на складе работает знакомый. При мне он позвонил ему и выяснил, что такой коньяк есть. Лосев сам за ним съездил и купил. Я передал коньяк Шелудякову, он отдал деньги, которые я передал Лосеву. Были моменты, когда Шелудяков просил меня купить водку, вино, картины - я обращался к Лосеву. Однако хочу заметить, что Шелудяков всегда за это давал деньги, которые я передавал Лосеву.
- Почему Лосев, давая показания против вас, заявил, что денег он не получал?
- Почему он так говорит, я не знаю, он меня оговаривает.
- Как часто вы по просьбе Шелудякова просили Лосева что-то купить?
- Где-то раз в месяц.
Прокурор оглашает показания Астунина, которые он давал на предварительном следствии, когда написал явку с повинной. В ней Владимир Иванович признается, что получал от Лосева продукты и алкоголь для передачи Шелудякову, а также кается в получении 500 тысяч рублей от Мусатова и Мотякина для начальника республиканской ГИБДД. В частности Астунин признается, что после московской проверки шеф заявил, что собирается уволить провинившихся сотрудников за выявленные в их работе нарушения. Комбат просил их оставить, поскольку они опытные сотрудники. На это Шелудяков сказал: «Передай им - если хотят работать дальше, пусть заплатят по 250 тысяч рублей…». Затем из показаний комбата следует, что Мусатов и Мотякин принесли ему деньги, а Астунин положил 500 тысяч рублей в конверт и отнес их Шелудякову.
- Это ваша подпись на явке с повинной? - интересуется прокурор у Астунина.
- Моя. Но меня обманом заставили ее написать. Сказали, подписывай и пойдешь домой, сделаем тебя свидетелем.
- Т.е. вы признались в преступлениях и думали, что будете проходить по делу свидетелем? Владимир Иванович, у вас какое образование?
- Я специалист по механизации сельского хозяйства.
- А вы уголовный кодекс когда-нибудь видели?
- Я в таком состоянии находился, что не знал, что подписываю. Что мне продиктовали, то я и подписал. Адвокат в тот момент в коридор вышел. Потом я понял, что меня обманули насчет свидетеля.
Поскольку в показаниях Астунина, которые он давал на следствии в суде, имеются существенные разногласия, гособвинитель зачитал то, что комбат говорил раньше: «В конце февраля 2013 года меня вызвал Шелудяков и сказал, что ему нужны два ящика водки и ящик чилийского вина. Я дал указание купить алкоголь Лосеву, сказал, что он нужен для начальника. Лосев купил водку, вино и доложил Шелудякову, что оставил все в служебном гараже. Он спросил: кто отдаст деньги за алкоголь? Я сказал: решай вопрос с Шелудяковым. Лосев спросил у него про деньги и в ответ услышал, что с деньгами может любой купить. Одного из своих подчиненных я просил перевезти алкоголь в гараж Шелудякова в Большие Осинки.
Спустя некоторое время Шелудяков попросил купить меня коньяк «Hennessy ХО», я спросил про деньги. Он ответил, что у меня в подчинении целый батальон и любой комбат давно уже исполнил бы его просьбу и не спрашивал бы про деньги. Если не справляешься, могу заменить тебя на другого сотрудника. Я хотел и дальше работать на своей должности, поэтому и согласился купить алкоголь. При этом я понимал, что у меня не такая большая зарплата, чтобы покупать дорогой алкоголь Шелудякову. Я прислушался к его совету и стал давать указания подчиненным, чтобы они покупали алкоголь для начальника. Позвонил Лосеву и сказал, что Шелудякову нужен коньяк. Сначала он говорил, что ему не отдали деньги за водку, но, после того как я сказал, что любой другой командир роты давно бы что-нибудь придумал, Лосев спорить не стал, а через час или два привез коньяк. Денег за него Шелудяков Лосеву не дал.
Затем от Шелудякова поступил заказ на пять ящиков водки «Мордовия Платинум». Я сказал, что купить столько не смогу. «Дай задание Лосеву, у него это неплохо получается», - посоветовал Шелудяков. Лосев снова купил алкоголь за свои деньги. Его перевезли в гараж Шелудякова…».
Далее в своих показаниях Астунин подробно расписывает, как Шелудяков регулярно давал указание купить ему дорогой алкоголь, как правило, ящиками. Пару раз Шелудяков заказывал картины с изображением адмирала Ушакова, а еще раз заявил, чтобы на картине была изображена женщина. Все эти покупки приходилось делать подчиненному Лосеву. Если верить показаниям Астунина, Шелудяков даже требовал с Лосева деньги за то, что разрешил пойти тому в отпуск в июле. По показаниям Астунина, которые он дал на следствии, Шелудяков денег Лосеву ни разу не отдавал.
- Давали такие показания?
- Я их подписывал, но не читал, что там написано, - простодушно ответил Владимир Астунин.
На следующем заседании давать показания изъявил желание Александр Шелудяков. Кстати, экс-начальник  республиканской Госавтоинспекции отказался от услуг одного из адвокатов - до этого момента в суде его представляли сразу два защитника.

Эдуард АНЮТИН