Новые направления деятельности Госфонда «Защитники Отечества» обсудили на заседании Наблюдательного совета
В Москве состоялось заседание Наблюдательного совета Государственного фонда «Защитники Отечества». За годы своей деятельности фонд...
Знаменитый юморист накануне 75-летия открыл нам свои тайны
Благодаря его изящным монологам нашли популярность многие артисты эстрадного жанра - Геннадий Хазанов, Евгений Петросян, Ефим Шифрин, Клара Новикова… А самого автора Лиона Измайлова зрители увидели на сцене далеко не сразу. Потому что сначала он писатель, а уже потом эстрадный артист. Выпускник МАИ нашел свое призвание и прибежище в юмористическом жанре литературы - как никто, он умеет смеяться и грустить одновременно. По признанию Измайлова, на проспекте Мира, «малой родине», его отлично знают все окрестные бродяги: здороваются и машут рукой, только завидев знакомую фигуру.
C Лионом Измайловым мы встретились незадолго до его юбилея, который совсем чуть-чуть опережает День Победы, и за чашкой чая неспешно расспросили мэтра о важных событиях в жизни.
- Лион Моисеевич, давайте начнем с самого начала. Расскажите нашим читателям, где родились и как прошло ваше детство.
- Родился на бывшей окраине Москвы, в Ростокино. Там и прожил двадцать лет. Жили мы в бараке, который для инженерно-технических работников построил мой отец Моисей Аронович Поляк. Он был инженером и построил в том числе мехокомбинат и несколько павильонов на ВДНХ, которые существуют по сей день. В бараке у каждой семьи была отдельная комната, а туалет - общий на улице метрах в пятидесяти.
- Какое самое яркое впечатление осталось от той жизни?
- Бомбоубежище! В пяти метрах от нашего барака находилось настоящее бомбоубежище. А рядом с ним стояли сараи, где хранились дрова. И каждую осень мужчины кололи дрова, чтобы топить зимой печки - такое у нас было отопление. Еще врезалось в память, как мама везет меня зимой на санках в детский сад. Он находился довольно далеко от дома, а никакого транспорта, конечно, не было. Эта была длинная дорога от Ростокино с Сельскохозяйственной улицы до Староалексеевской… Напротив, через речку Яуза находилась камвольно-отделочная фабрика Фермана, а при ней был клуб «Краб» - единственное культурное заведение, куда все бегали смотреть кино. Чтобы попасть на киносеанс, нужно было проделать ловкий трюк. Стояла огромная толпа, а нас, маленьких пацанят, подсаживали, и мы прямо по головам пробирались к кассе и брали билет. Сейчас это клуб имени Луначарского, и он, и сама меховая фабрика существуют по сей день…
- Ваш отец ушел на войну…
- Отца не помню совсем - он ушел добровольцем и погиб в 1943 году. Я только читал его письма и знаю, что папа, оказывается, сопровождал нас в эвакуацию на теплоходе. Там есть воспоминание о том, как кипяток, которым заливали лапшу, вылился мне на голову. Отец сразу же где-то нашел доктора, и меня спасли. Хотя я ничего такого не помню. А однажды нас с мамой обворовали. И так мы были почти нищие, а тут и последнее забрали. В послевоенное время нас окружали сплошные бандиты и воры, многих ребят, что были старше меня, посадили за разбой. Двор у нас был хулиганский, все нищие - постоянные драки, воровство...
- Вы тоже дрались?
- Да, а как же, иначе было нельзя - шла борьба за выживание! А еще с утра до вечера мы гоняли в футбол. И потом благодаря этому до 50 лет я в него играл постоянно. Кстати, несмотря на драчливость, я был круглым отличником - учился на одни пятерки. Мама имела на меня большое влияние и поначалу заставляла учиться. Но, видно, были у меня и способности - и лингвистические, и математические, плюс хорошая память. Мальчики и девочки тогда обучались раздельно. В нашем классе было три мальчика, которые хорошо пели, и один из них - я. Выступали мы везде, где только можно было, - на всех праздниках и конкурсах. И был среди нас цыганенок Слатин - рядом с его совершенно потрясающим вокалом даже Робертино Лоретти мог отдыхать! Но этот талант безнадежно погиб: паренек ушел после шестого класса в сапожную мастерскую… Вот такие обрывочные воспоминания о детстве.
- Раз вы были отличником, почему же не пошли на золотую медаль?
- Мама хотела, чтобы у меня была профессия, и после седьмого класса отдала меня в авиамоторный техникум. Из соображений секретности он назывался техникумом сельскохозяйственного машиностроения. По окончании его я поступил в заочный институт, а оттуда попал в МАИ.
- Что значит попал?
- Да, попал случайно из-за своей вежливости.
- Как это?
- Я мечтал там учиться, но перевестись с заочного можно было только с потерей года, чего очень не хотелось. Как-то в одной студенческой поездке я вызвался девушке поднести тяжелый чемодан. Звали девушку чудно - Изабелла, а ее мама оказалась секретарем ректора МАИ. Так что уже через две недели я там учился! Надо быть всегда вежливым, и не по корысти, а просто так!
- Тогда вы и начали писать свои рассказы, или, как сейчас говорят, скетчи?
- Начал я еще в глубоком детстве, и сразу с романа «Сельская жизнь». Очень уж хотелось о деревне рассказать - хотя я там ни разу не был! А в школе нас заставляли ходить в литературный кружок, где учительница почему-то всегда читала нам «Евгения Онегина». Я, конечно, ужасно томился, хотел сбежать, но вопреки этому полюбил «Онегина» и читал его потом раз двадцать. Также добровольно-принудительно нас возили в музеи - театральный Бахрушинский, Третьяковскую галерею. И это тоже осталось со мной на всю жизнь. Парадокс, но настоящая литературная жизнь у меня началась именно в МАИ. Там на каждом факультете были сатирические коллективы, в одном из них я и начал выступать.
- А как вам жилось во времена самиздата, когда много хорошей литературы находилось под запретом - Булгаков и Зощенко, Аверченко, Тэффи, поэты серебряного века?
- Диссидентом я действительно никогда не был и печатался в «Литературной газете». В то время она была некой отдушиной для интеллигенции, и там позволялось немножко больше. Как говорится, мы «боролись с недостатками, еще встречающимися в нашей жизни». Но, разумеется, обслуживали власть - тут и говорить нечего…
- Вам удавалось высмеивать недостатки?
- Да, но на уровне домоуправства, выше критика не допускалась. Высмеивали «вечные ценности» - жадность, ревность... Но многое оставалось в столе, на полке. Помню, в 1972 году написал рассказ о том, как человек вывесил за окно флаг СССР, а дворники и милиция заставляли это немедленно снять, поливали из брандспойта - мол, не положено. Рассказ не печатали до самой перестройки, а я от многих слышал: «Ты сам-то понял, что написал?». Хотя, казалось бы, что тут крамольного?
- А во время выступлений случались казусы?
- Однажды в Баку после вечера, где присутствовал глава Азербайджанской республики Гейдар Алиев, к нам пришли и попросили сдать все тексты. Я знал, в чем дело, и по поводу какого моего текста весь сыр-бор. Потом приехали из ЦК и попросили меня его больше не исполнять. Но сатира - скоропортящийся продукт, и некоторые опусы к тому времени, когда «стало можно», безнадежно устарели.
- Ваши знаменитые тексты исполняли Геннадий Хазанов, Ефим Шифрин, Клара Новикова, Владимир Винокур, Ян Арлазоров и другие. А кто был первым?
- В 1969 году я познакомился с Геной Хазановым, написал для него монологи учащегося кулинарного техникума и позже - монолог антисемита. Он и есть мой первый основной исполнитель, а потом подтянулись остальные. Кстати, первым выпуском киножурнала «Ералаш» был сюжет по моему рассказу «Классный Днепр при клёвой погоде».
- А вы себя считаете артистом разговорного жанра?
- На эстраде я всегда читал только свои произведения. Очень люблю писать - до сих пор. Пишу немножечко для Владимира Винокура и Евгения Петросяна. А не так давно сочинил монолог для Максима Галкина, и он его с успехом исполняет. В последние годы вместе с Алексеем Цапиком написали две новые пьесы, постановки идут в разных театрах.
- А каких писателей сатирического жанра предпочитаете?
- Все время перечитываю Аркадия Аверченко и Михаила Зощенко, а из современников - Михаила Жванецкого.
- Любите ли вы Москву и москвичей?
- А какой же город мне еще любить! Вообще, у меня три любимых города - Москва, Кисловодск и Карловы Вары, куда езжу с 1983 года, - очень красивый, уникальный город. В Кисловодске выступаю по нескольку раз в год, а тамошний парк считаю одним из самых красивых в Европе.
- Есть ли что-то, чего вы боитесь, опасаетесь?
- Если честно, войны очень боюсь. Сейчас вот обстановка все осложняется и осложняется в этом плане. По улице ходить боюсь, особенно после того как почитаю какую-нибудь газету. Наверное, спокойнее было бы жить где-то в другом месте, но для меня это невозможно. Я здесь прожил всю жизнь и люблю эту страну, родной город, своих друзей. Мне всегда здесь было интересно, хотя и сложно - с этим вечным воровством, взяточничеством, хамством, нежеланием работать нормально... То одно не работает, то другое, то свет выключили, то звук… Я, вообще-то, всего боюсь.
- Но есть ведь что-то, чего вы не боитесь?
- Есть хороший анекдот на эту тему. «Я, когда выпью, вообще ничего не боюсь!» - говорит один. - «Что, даже жену?» - спрашивает второй. - «Нет, ну до такой степени ни разу не напивался!».
- Вы планируете отмечать юбилей?
- Планирую. Но есть хорошая пословица «Хочешь насмешить Бога - скажи ему о своих планах»!
Поделиться в соц. сетях:
В Москве состоялось заседание Наблюдательного совета Государственного фонда «Защитники Отечества». За годы своей деятельности фонд...
Оргкомитет по подготовке Всероссийского муниципального форума «Малая родина – сила России» и присуждению премии «Служение»...
В центре внимания – сельское хозяйство, развитие агропромышленного комплекса и качество жизни людей на селе по всей стране. Делегаты со всей...
По решению Владимира Путина начался отбор участников на третий поток программы «Время героев». На этот раз целевая аудитория этого...
Больше 15 тысяч заявок поступило на третий поток федеральной программы «Время героев» от участников СВО со всей страны всего за неделю....
Свыше 15 тыс. человек зарегистрировались для участия в отборе на третий поток образовательной программы «Время героев». Об этом сообщили на...
Президиум Правительственной комиссии по региональному развитию одобрил заявки 22 регионов на казначейские инфраструктурные кредиты. Общий...